Гимназия в Станиславове и иезуитское образование (XVIII в.)

Татьяна Войтас

Об образовании в иезуитских школах ходили легенды. А между тем, если ваш предок жил в Речи Посполитой или на бывших польских землях и получил образование, он с большой долей вероятности получил его именно у иезуитов. Что же происходило за партами и как искать информацию об учениках и преподавателях, я расскажу на примере иезуитского коллегиума в Станиславове (сейчас — Ивано-Франковск).

Почему иезуиты?

Чтобы получить представление о иезуитском образовании, нужно понимать контекст. Начало 18 века в Речи Посполитой — военный хаос, который начал понемногу успокаиваться после «немого сейма» в 1717 г. Иезуитские миссионеры, которые до этого были заняты кто (рангом повыше) политикой, а кто (рангом пониже) – страшной черной работой полевых военных капелланов, получили возможность выдохнуть. Поэтому когда воевода Юзеф Потоцкий позвал к себе в Станиславов о. Томаша Заленского, с которым они вместе не так давно прошли «огонь и воду», иезуит всей душой жаждал сконцентрироваться наконец на чем-то мирном и созидательном, например, на организации школы для юношей.

В этом не было ничего экстраординарного. Иезуиты активно занимались образованием, однако за годы Северной войны и конфедераций эта, в теории, основная деятельность ордена пришла в упадок. К тому же школа создавалась не совсем на пустом месте. До 1707 г. в Станиславове функционировал филиал Краковской Академии. Война, увы, разогнала учеников и преподавателей, и Юзефу Потоцкому пришлось думать о том, как восстановить разрушенное.

До о. Томаша и нескольких его коллег в Станиславове не было ни одного иезуита — ну разве что проездом. И вот летом 1715 г. состоялось торжественное прибытие почетных гостей хозяина города, которые обосновались в деревянном домике и немедленно приступили к своим обязанностям.

Первая публичная школа при «коллегиате» встречала новых учеников уже в 1716 г. Еще буквально пара лет — и школа заработала в полную мощность.

Изголодавшиеся по образованию родители не стали терять времени, тем более что ближайшая средняя школа находилась во Львове... Коллегиум, можно сказать, взяли штурмом. Первый набор составил более 200 человек! Супруга Потоцкого Виктория за свой счет обучала восемь студентов из обедневших шляхетских семей, однако поставила условие: они обязательно должны пройти полный курс философии.

Надо отдаль должное о. Томашу. Еще неизвестно, где ему спокойнее жилось: в военных лагерях с сотнями нервных ополченцев или в мирном Станиславове, имея под крылом темпераментных подростков. В 1719 г. в городе началась страшная эпидемия. О. Томаш остался на своем посту, в то время как большинство братьев закрылось в самоизоляции в деревне Тысменичаны. Школы, разумеется, были временно закрыты, однако как только мор закончился, образовательный процесс немедленно был восстановлен.

Не успели все заново втянуться в учебную рутину, как один из учеников что-то не поделил на улице с горожанином. Узнав об этом, ученики решили встать грудью на защиту друга и набили морду первому попавшемуся под горячую руку прохожему. Следующий виток спирали: бургомистр отдает приказ арестовать какого-нибудь школяра и публично выпороть, чтобы остальным неповадно было. В итоге о. Томашу пришлось разбираться не только с собственными особо инициативными подопечными, но и с городской администрацией. Как ему удалось добиться от бургомистра официальных извинений от имени всего города — история умалчивает.

Как выглядела учебная программа?

Она была насквозь гуманитарной. Основой прогаммы был учебный план под названием Ratio Studiorum, составленный еще в 1585 г. о. Клавдием Аквавивой. Обучение состояло из несколькиз степеней: инфима, грамматика и синтаксис составляли начальную школу, поэтика и риторика — высшую, плюс курс философии. С сегодняшней перспективы программа может показаться несколько однобокой — сплошная латынь, – однако в то время именно виртуозность владения этим языком определяла образованного человека. Кроме того, иезуитская программа, в отличие от других школ, подразумевала развитие навыков самостоятельного мышления, которые оттачивались в диспутах и сочинениях. Иезуиты следовали принципу «лучше понять, чем зазубрить», стремились сформировать у своих подопечных широкий кругозор — и, разумеется, католическое мировоззрение.

Эта фотография опубликована на сайте ордена иезуитов в Ирландии, к сожалению, без подписи. Конечно, она была сделана не в 18 в., но, думаю, в общих чертах сценки из класса в станиславовском коллегиуме выглядели похоже.

Инфима — так назывался подготовительный класс. Там обучали основам латинской грамматики, немножно читали Цицерона. Закончив инфиму, ученик переходил в класс под названием «Грамматика», где читали уже более серьезно: стихи Овидия, комментарии Цезаря. С основания коллегиума «профессором» в классах Инфима и Грамматика был магистр Енджей Голынский. В классе «Синтаксис», под руководством о. Станислава Засецкого, все было уже по-взрослому: читали, пересказывали и анализировали Катулла, Виргилия и «Энеиду», вгрызались в тонкости склонений, спряжений и стилистических оборотов, писали ежедневные сочинения на латыни или древне-греческом.

На уровне «Поэтика» изучали теорию латинского стихосложения и пробовали писать элегии и оды. Учеников класса «Риторика», по большому счету, готовили уже к адвокатской карьере: натаскивали на составление красивых и сложных речей, обучали логике изложения и аргументации. Классом «Риторика» занимался о. Самуэль Шодлевский. Два часа в неделю было посвящено истории Древней Греции и Рима и античной культуре.

Самым продвинутым уровнем был двухлетний курс «Философия», который помимо логики, онтологии, метафизики и космологии включал в себя — внимание! – также арифметику, геометрию и экспериментальную физику.

А в середине 18 в. в учебный план добавили историю, географию и современные иностранные языки, и процесс пошел!

Казалось бы, иезуитская школа: учись, молись, подставляйся под розги. А вот и не совсем так! Ученикам не было ни страшно, ни скучно. Учителя старались не злоупотреблять физическими наказаниями и запугиванием учеников. Театральные представления (конечно, на религиозную тематику), торжественные декламации, публичные тренировочные дебаты очень разнообразили жизнь. Студентов привлекали на все торжества: от венчаний и похорон в семье Потоцких до именин спонсоров школы. Ученики должны были исполнять обязанности министрантов в костеле. Именно иезуиты ввели в образовательный стандарт занятия спортом и культурные мероприятия.

Каждый ученик с головой на плечах мечтал вступить в ряды ”Congregatio Mariana” - светской католической организации, членство в которой автоматически повышало негласный социальный статус в школе и облегчало жизнь. «Солидасами» (так в школах называли членов конгрегации) могли стать только ученики, которые были на хорошем счету у учителей и не имели проблем с поведением. Изгнание из «солидасов» - бывало и такое — было ужасным позором и, пожалуй, самым страшным наказанием.

Закат и конец

А потом наступили страшный для поляков 1772 год и страшный для иезуитов 1773 год. Город перешел под управление австрийской администрации. В начале октября 1773 г. в станиславовский коллегиум прибыла особая делегация. Растерянных братьев собрали в столовой и зачитали им официальный документ о том, что решением Папы Римского их орден расформирован, все имущество переходит в казну Австрийской Империи, все монашеские обеты считаются упраздненными, а сами они могут отныне делать что хотят. Теоретически. Потому что практически хорошо бы, чтобы они остались в школе и продолжили заниматься молодежью. Школа-то хорошая, ликвидировать жалко, а принять бразды некому. А кушать что? Ну это вы сами разберетесь. Вы же теперь свободные люди. Кстати, кассу вашей школьной Конгрегации Марии мы тоже экспроприируем.

В школе на тот момент обучалось 220 учеников под крылом пяти преподавателей: Юзефа Бродовского, Адама Обажановского, Франчишка Пиотровского, Адама Томковича и Иозафата Кемпальского. Внешне все осталось по-старому, но на самом деле в новых условиях, конечно, невозможно было полноценно поддерживать все то, что было наработано годами.

«Солидасов» уже не было. Через два года в школе не осталось ни одного магистра. Класс «Философия» полностью пришлось взять на себя преподавателю метафизики и физики Обажановскому. «Риторику» вел Антоний Венцковский. Учителями низших класс стали клерики Михаил Липинский и Игнатий Венцковский.

Через десять лет император Иосиф II ввел новую систему образования. Бывший коллегиум официально перешел в введение государственной администрации. Сменилось название, пришел новый преподавательский состав. К этому времени некоторые учителя – бывшие иезуиты – уже умерли, кто-то стал приходским священником, остальные жили впроголодь. В истории школы началась новая эпоха.

Как искать информацию об учениках в 18 в.?

Это очень трудно. Судьба документации ордена после ликвидации была довольно драматической, многие материалы были утеряны или осели в самых неожиданных архивах. Однако в хрониках школ записывались важнейшие события, и именно в подобного рода документах сохранились упоминания о конкретных учениках. Архивный поиск этих документов требует масштабной подготовки. Проще начать с поиска библиографического в книгах и статьях на польском языке. Об истории ордена иезуитов на польских землях написано довольно много, и в этих исторических очерках разбросаны фамилии преподавателей и учеников. Список материалов, доступных в интернете на польском и русском языке, в комментариях. Пожалуйста, добавляйте ваши ссылки!

О поиске учеников в 19 в. - https://www.facebook.com/.../permalink/1912845408864840/

Фотографию я взяла с сайта ордена иезуитов в Ирландии https://www.jesuit.ie/news/jesuitica-masters-in-education/

2.03.2021

dr Tatiana Wojtas